Архив рубрики: безопасность

Психология для несовершенных людей

fightingМне тут недавно вспомнился один диалог. Работала я тогда в благотворительном детском фонде: мы помогали социальным сиротам (т.е., детям, чьи родители не лишены родительских прав). Сижу как-то в кабинете, никого не трогаю, разбираю бумажки. И тут заходит в комнату пообщаться знакомая айтишница из соседнего подразделения. Слово за слово, спросила, что делаем, а потом, видимо, решила поделиться наболевшим: завела разговор о том, как же неправы мамы, которые сдают детей в детские приюты. Дескать, ну как можно быть такими дурами! Как можно! Вот она (айтишница) сперва образование получила, потом замуж удачно вышла, двоих родила – и никого никуда сдавать не понадобилось. Я пыталась уйти от беседы, отвечать кратко и односложно, но она распалялась, приводя всё новые аргументы глупости и бестолковости мамочек, которые не смогли выращивать детей и отдавали их в приют (детей в нашем приюте кормили, обеспечивали, возили в школу; а потом, если у родителей – обычно, кстати, у мамы – налаживалась жизнь, то ребенка могли забрать, и такое случалось достаточно регулярно).
Под конец я не выдержала, отложила бумажки и в лоб спросила: «Наташа, ты что сказать-то хочешь? Что эти мамашки все дуры? Ну да, даже и дуры. Многие рожали в 16, в 18 лет, без образования. Маленькие сами были, подростки, мозгов никаких. И что теперь? Давай их убивать? Что делать-то ты предлагаешь? Мы вот помогаем людям, даже если они и сделали глупость и теперь расплачиваются. Они, кстати, страдают, к детям в приют ездят, гостинцы возят, забирают домой, как только получается. Дети их любят, ждут, дети сами переживают. Что ты предлагаешь, Наташа? Давай их расстреливать, что ли, раз они в 18 лет были дурами и родили детей?». Наташа вмиг осеклась. Было видно, что эта точка зрения – категорически новая для неё. Но поговорить хотелось, и она понемногу перешла к тезису: «Нет, ну надо помогать, что ж теперь-то, все мы люди, все человеки» и стала развивать уже эту точку зрения. Я, кажется, уже не слушала.

Читать далее

Когда логика бывает неправа, или почему нельзя верить объяснениям клиента

 логика Вообще, когда я сама пришла к психологу в качестве клиента (давно это было :)), мне казалось, что мой психотерапевт творит чудеса, почти сродни вытаскиванию кролика из шляпы. Как это она делает, как узнает обо мне то, что я и сама-то не знала? И почему у меня не получается самостоятельно понять о себе такие вещи, ведь я совсем не дура? Теперь, когда я стала старше мудрее обучена гештальту :), я знаю, почему часто не срабатывают самокопания. И что надо делать, чтобы сработало. Основатель гештальт-терапии, Фриц Перлз говорил, что его не интересует «почему» человек делает то-то и это-то, ему важно увидеть, «как» он это делает. Дело в том, что вопрос «почему» — это вопрос «в голову», то есть, такой, на который нужно отвечать «правильно», как в школе. В школе ведь никого не волновало, что вы чувствуете к теореме синусов и нравятся ли вам крестоцветные растения? Нужно было давать правильные ответы, не отвлекаясь на чувства и переживания, так нас всех учили когда-то. Вот и выходит, что отвечает на вопросы «в голову» человек при помощи такой психологической защиты, как рационализация. Любому из нас очень важно выглядеть в чужих (и в собственных) глазах разумным, логичным, правильным, поэтому та информация, которая у человека есть, будет выстроена в правдоподобную историю. Рационализацию легко узнать по дистиллированной логичности, это ответ, который весь идет «из головы», то есть, никак не связан с ощущениями и переживаниями человека. Мой любимый пример рационализации – это цитата из «Соло на Ундервуде» Сергея Довлатова:

В молодости писатель Андрей Битов держался агрессивно. Особенно в нетрезвом состоянии. И как-то раз он ударил поэта Андрея Вознесенского. Это был уже не первый случай такого рода. Битова привлекли к товарищескому суду. Плохи были его дела. И тогда Битов произнес речь. Он сказал: — Выслушайте меня и примите объективное решение. Только сначала выслушайте, как было дело. Я расскажу, как это случилось, и тогда вы поймете меня. А следовательно — простите. Потому что я не виноват. И сейчас это всем будет ясно. Главное, выслушайте, как было дело. — Ну, и как было дело? — поинтересовались судьи. — Дело было так. Захожу в «Континенталь». Стоит Андрей Вознесенский. А теперь ответьте, — воскликнул Битов, — мог ли я не дать ему по физиономии?!

Видите? Признаки рационализации как психологической защиты – налицо: тут и искренняя вера в логичность и разумность своего поведения, и апелляция именно к объективности судей (Битов не к милосердию взывает, не на жалость напирает, а именно пытается логически переубедить). В этой цитате все выглядит комично, поскольку пропущен ключевой пункт аргументации – обычно его не пропускают, на нем-то и стоит все здание рационализации. В реальной жизни, если бы героем этой истории был не эксцентричный богемный питерский писатель, а средней руки обыватель, объяснения звучали бы, например, так: «избитый мною — мерзавец, глубоко непорядочный человек, я презираю его», «он первый начал, нанес мне оскорбление словом/действием, как можно такое терпеть!», ну, на худой конец: «бес попутал, помутнение в мозгу настало, перегрелся, заболел и т.п.». Общее во всех этих рассуждениях то, что они по форме строятся абсолютно логично («Я сделал это потому-то и потому-то»). При этом объясняющий неосознанно подразумевает, что:

  • любое поведение имеет причины
  • ну я же не ненормальный, чтобы не понимать причин собственного поведения!
  • а значит, я сейчас все объясню
  • …и, как умеет, объясняет

Читать далее

Чем отличаются психологическое ощущение безопасности и реальная безопасность


Вот выступление Брюса Шнейера на конференции TedX, посвященное реальному и воспринимаемому чувству безопасности. Оказывается, ощущение безопасности и реальная безопасность – разные вещи. И вот на какие мысли навело меня это выступление.

Иллюзия (чего бы то ни было, в том числе и безопасности) – большая ценность в сегодняшнем мире. По большому счету, именно за иллюзии в современном мире и происходит основная борьба. (В самом деле, все ли читатели верят, что школьные экзамены ЕГЭ показывают реальные знания учащихся? А какая битва идет за каждый балл ЕГЭ – родители старшеклассников не дадут соврать!) Да, кстати, о школьной программе: она тоже в большой степени – иллюзия того, что знания, в эту программу включенные, понадобятся выпускникам в реальной жизни…

Безопасность имеет издержки на ее поддержание. Но и у иллюзий есть своя стоимость, и их поддержание часто стоит столько же, а то и гораздо дороже реальной безопасности! Иллюзии требуют множества вложений – физических и моральных. Например, индустрия красоты зарабатывает себе на хлеб с маслом (и икрой), продавая клиенткам иллюзию поддержания вечной молодости и неотразимой привлекательности. Известно же, что президент косметической фирмы «Ревлон» напрямую признавался, что он торгует не помадой, а расфасованной в тюбики надеждой – надеждой на привлекательность, и, соответственно, на счастье в личной жизни. Ролики шампуней практически все построены на этой схеме – вот идет красотка, такая вся, помахивая пышной шевелюрой (вымытой правильной маркой шампуня), а мужики вокруг так и падают, падают, падают, и сами собой в штабеля складываются! Все мы понимаем, что рекламная картинка – определенная условность, но именно по таким правилам игры нравится играть и покупателям, и производителям.

Читать далее